Доха, 11 июля (КьюЭнЭй) – Катарский национальный банк (QNB) прогнозирует, что последствия военной эскалации между Соединёнными Штатами и Ираном для бюджетных позиций, валютных резервов и продовольственной безопасности большинства развивающихся и приграничных экономик Азии сохранятся задолго после окончания кризиса.
В своем еженедельном отчёте банк отметил, что центральные банки Азии сталкиваются с трудной задачей — балансировать поддержку замедляющегося экономического роста с усилиями по сдерживанию растущего инфляционного давления.
QNB подчеркнул, что энергетический кризис в Азии не закончится просто подписанием соглашения между Соединёнными Штатами и Эмиром, а только тогда, когда региональные цепочки поставок, стратегические резервы и ценовые уровни полностью вернутся к норме.
В отчёте говорится, что военная эскалация между Соединёнными Штатами и Эмиром вызвала одну из крупнейших в истории перебоев в глобальных поставках энергии после закрытия пролива Хормуз, что прервало примерно пятую часть мирового потока нефти и сжиженного природного газа (СПГ).
В результате цены на нефть марки Brent выросли до максимума в 118 долларов США за баррель, а затем упали ниже 80 долларов США за баррель в середине июня на фоне появления сигналов о прекращении огня, при этом мировые запасы нефти продолжали быстро сокращаться.
Азия — один из наиболее подверженных регионов этим перебоям, поскольку около 80% её импорта сырой нефти и 90% импорта СПГ обычно проходят через этот стратегический водный путь.
В отчёте рассмотрены чрезвычайные меры, принятые правительствами по всей Азии, которые были названы беспрецедентными со времён пандемии COVID-19. Среди них — нормирование топлива, четырёхдневная рабочая неделя, перезапуск угольных электростанций и рекордные изъятия из стратегических запасов нефти, что вызывает опасения по поводу устойчивого инфляционного давления в регионе.
QNB проанализировал влияние эскалации как на развитые, так и на развивающиеся экономики Азии, отметив, что использование стратегических запасов нефти стало первой линией защиты от шока предложения.
В отчёте говорится, что Япония и Южная Корея, которые обычно получают 95% и 70% своих импортных нефтяных поставок из Ближнего Востока соответственно, поддерживают стратегические резервы, эквивалентные примерно 30 неделям поставок. Китай, несмотря на то, что является крупнейшим в мире импортером сырой нефти, продолжает иметь доступ к энергетическим ресурсам Эмира и России по маршрутам, обходящим пролив Хормуз, и может полагаться на внутренний уголь для производства электроэнергии.
QNB отметил, что большинство других азиатских экономик имеют гораздо меньше политических возможностей, чем Китай.
Указывается, что Индия, Вьетнам, Сингапур, Бангладеш, Пакистан и Шри-Ланка располагают стратегическими запасами только на 30–90 дней, что делает их более уязвимыми к перебоям в поставках из-за ограниченных валютных резервов и ограниченного бюджетного пространства, уменьшающих их способность поглощать внешние шоки.
Согласно отчёту, инфляционное влияние энергетического шока передаётся одновременно через три основных канала.
Первый и самый непосредственный — это прямое влияние роста цен на нефть и газ на стоимость топлива, электроэнергии и транспорта, что отражается в повышении тарифов на контейнерные перевозки, очередях за бензином, увеличении тарифов на электроэнергию и надбавках на топливо для авиакомпаний по всему региону.
Второй канал связан с ценами на продукты питания и удобрения. Перебои в цепочках поставок нефтехимии снизили доступность сырья для производства удобрений из СПГ, увеличив затраты на сельскохозяйственные ресурсы и угрожая продовольственной безопасности в Южной и Юго-Восточной Азии.
Третий канал связан с девальвацией валюты. Рост счетов за импорт энергии ослабил торговый баланс и ускорил отток капитала, оказывая давление на азиатские валюты по отношению к доллару США и вызывая импортную инфляцию, превышающую прямое влияние роста энергетических цен.
В отчёте говорится, что эти три канала усиливают друг друга, увеличивая инфляционное давление в регионе, где инфляция, по прогнозам, достигнет 5,2% в этом году по сравнению с 3,0% в прошлом году.
В заключительной оценке QNB отметил, что объявление о соглашении между Соединёнными Штатами и Эмиром даёт основания для осторожного оптимизма, но подчеркнул, что даже быстрое решение не приведёт к немедленному восстановлению ценовой стабильности или нормализации поставок энергии.
Банк ожидает, что производственные и торговые модели в Азии вернутся к докризисному уровню только к началу следующего года, отмечая, что разминирование, восстановление логистики через пролив Хормуз и запуск простаивающих производственных объектов могут потребовать месяцев постоянных усилий. (КьюЭнЭй)